Земфира на Первом. Интервью с Доренко. 1999г

Вот каким профессиональным, сочным, харизматичным было телевидение 11 лет назад)) А сейчас — тьфу….

Сергей Леонидович начинает работать на РСН так, как это может только он один:

Со-трудникам

Я вижу группу людей, придавленных запретами и боящихся расстрела СМЕРШевскими заградотрядами.
Они журналисты, редакторы, ведущие.
Я хочу их освободить и боюсь. Боюсь освобождать. Потому что они сегодня придавлены, они перепуганы, они творчески стерильны, а если выпустить их в мир, где СВОБОДА интеллекта? Не сойдут ли с ума? Не заразятся ли? Ведь они начисто лишены иммунитета?
Иммунитета критичности. Иммунитета настойчивого поиска правды своей собственной, которая была бы во многом и НАШЕЙ правдой для людей России.

Утро подкрашивало нежным светом стены старой деревянной избушки на окраине деревни Путинки. На печке тихо посапывал котенок Малафей — ему не было и полугода, во дворе восьмилетняя овчарка Пони ностальгически смотрела на стог сена и вспоминала об ушедшей молодости.

Баба Маня™ рассматривала покрытую пылью черную коробочку, которую еще вчера принес из сарая дед Силантий. Сквозь толстый слой пыли Баба Маня™ нащупала черную круглую кнопку и нажала ее. Из коробочки донеслись звуки музыки. Баба Маня™ прислушалась.

«Здрррррррррррррррравствуй, великий город! Здрррррррррррравствуйте все!» — сказала коробочка. Баба Маня™ насторожилась.

Примечание: Баба Маня™ — хотя и защищенный товарным знаком, но полностью вымышленный персонаж. Она вместе с дедом Силантием, котом Малафеем и овчаркой Пони живет в старой деревянной избушке на окраине деревни Путинки. Из средств связи с внешним миром в избушке присутствует лишь телевизор, который ловит только Первый канал…

P.S.: Все персонажи этой истории являются вымышленными и живут только в голове автора, а любые совпадения с реальными людьми или событиями случайны.

45.jpg

Не успели мы погоревать, а Сергей Леонидович возвращается!!!

Ура, товарищи!

294.jpg

Сергей Доренко ушел с «Эха Москвы». Почему — до конца не понятно, наверное, в «Разворотах» и «Особом мнении» ему не удавалось до конца реализовывать свой творческий потенциал, вернется или нет — непонятно тоже.

Я ушёл с Эха Москвы. Я не буду вести там передачу утреннюю, вообще надеюсь туда не ходить ни разу пока. Должны пройти месяцы. Полгода? Больше? Не знаю.

В медиа-пространстве вообще не так много людей, которые на меня по-настоящему повлияли, как-то формировали как личность: Дима Дибров, Леня Парфенов, Влад Листьев…

Сергей Доренко, который во времена телекиллерства, поражал своей экранной серьезностью, с которой выливал на Лужкова очередную порцию компромата, в утренних «Разворотах» заражал жизнелюбием. Наверное, это главное. Это человек, который в жизни попробовал почти все, но которому всегда хочется еще. Благодаря его «Разворотам» — иногда противоречивым и спорным, но всегда проходящим с огромным драйвом, я и начал слушать Эхо.

Телевидение/радио вообще странная штука: любим мы того или иного журналиста/ведущего/публичную персону или нет, а он все равно влияет на нас с вами как личность. И что-то в нас от него. Поэтому хотя многие сейчас и говорят, что Доренко был продажным журналистом и тем испортил себе имя, а все равно его слушали.

Возвращайтесь, Сергей, без вас нам будет скучно.