Необычайно лиричный для Вуди фрагмент о Нью-Йорке)

So now back to Soon-Yi and me hiding reclusively in my penthouse. We stayed in to avoid the paparazzi surrounding the building, we took our nature walls in my large roof garden amidst the abundant, beautiful, overgrown foliage. My penthouse was what I had fantasized as a boy. From my afternoons in the darkened cinemas, where I stared at all those 35-millimeter gods and goddesses drop ice cubes into glasses of scotch and throw open the French doom to the terrace, revealing Manhattan. For years, I had been living in an apartment that could have been a film set high above Fifth Avenue. I put in large, nearly floor-to-ceiling glass windows, and my views of the city were truly stupendous. I saw fabulous sunsets and during electrical storms gigantic bolts of lightning sometimes stretching from the George Washington Bridge to the Battery. The loud thunder clap would be preceded by a majestic flash over Central Park West, over New Jersey, over eternity. Once I saw a bolt of lightning flash in the western sky and make a perfect circle, a huge letter O.

Once my building was hit by lightning, the railing on my terrace, to be exact. The whole building shook as lethal blocks of stone broke off the side and crashed down to Fifth Avenue. Only the intense downpour kept pedestrians from walking on the street and so no one was hit. The block was roped off for months after, while the building was repaired. Though the lightning hit twenty floors up, workers in the basement felt 93o Fifth rock.

Many a time after, as I sat at my all-metal Olympia portable and wrote during electrical storms, I was nervous a bolt would smash through the glass and strike my typewriter barbecuing me as I pounded out a puckish satire of contemporary mores. Snowstorms and blizzards were a different experience but equally awesome. To wake up on a winter morning and see every inch of Central Park blanketed in snow; the city, silent and empty. And maybe a red fire engine would race along against the perfect white. So much depends upon a red fire engine against the snow in Central Park beside the white chickens. Close. The same great buzz occurred when April happened and you could see the trees budding. At first ever so slightly, and the next day a bit more. Then a few more days and boom, green is everywhere and spring has come to Manhattan and in Central Park you see blossoms and petals unfolding and the air smells of nostalgia and you want to kill yourself. Why? Because it’s too beautiful to handle; the pineal gland secretes Unspeakable Melancholy Juice, and you don’t know where to put all those feelings that are stampeding inside and God forbid at that point your love life is not going too well. Get the revolver.

Fall is a different matter entirely but no less emotional. To me, it’s the loveliest time of the year. See, summer in New York is bad news. It’s hot, muggy, everyone’s away, and yes, you can move and with less traffic but it’s dull with all yourrofriends gone and everything kind of sticky and humid. Anyhow, comes fall and the town starts percolating. New Yorkers return from vacation, the weather cools off. When I was a kid in Brooklyn, the summers were a godsend became it meant no school and I could play ball all day and hit the movies. It was fun, but even then, fall meant all the cute girls were back from camp, and although the nightmare of books and classrooms loomed, at least there would be some sigmoid anatomy to hasten the blood. I never ever went to camp, bated the idea, and tried it just once for a day. Touted to be Shangri-La, I signed on as a junior counselor, rode the train upstate, sized up the situation immediately, and called my father to come get me. Always on the lookout for trouble, he got his pal Artie, a burly enforcer with a jake leg, and armed with guns they drove up to spring me from this sweet little Jewish summer camp. Needless to say, there was no shootout. Finally, when you looked out the window of my penthouse and saw those leaves change color it was both stunning and sobering. Stunning because the reds and yellows in nature outdid all the tubes of pigment no matter how inspiringly the painters combined them, and sobering because the leaves soon died and fell in typical Chekhovian fashion and you knew you would one day dry and drop; the same stupid, brute ritual would overtake all your own sweet little neutrinos and what was that about? On the other hand, it’s all perspective. To a human, the fall-colored leaves are gorgeous. To a red or yellow leaf, I can guarantee they find the green ones lovelier.



Ничего необычного, просто Муравей Антц в одноименном мультфильме говорит голосом… Вуди Аллена :))

Учитывая контекст, да и без него — это очень забавно 🙂

Antz (1998) — You Are Insignificant Scene (1/10) | Movieclips

Истории, которой так или иначе нашлось бы место в этой книге, Вуди уделяет самое пристальное внимание и описывает ее в мельчайших деталях. И очень часто от этих деталей и от того ракурса, под которым они открывают эти, казалось бы, давно известные события, становится просто не по себе (а в финале происходит совсем уж страшное: оказывается, что некоторые прокуроры и судьи в США не вполне беспристрастны…).

Я не буду цитировать все сто страниц, которые этому посвящены, вместо этого — небольшая и очень яркая история, которой Вуди предваряет свой рассказ о судебном процессе.

Incidentally, I had been the victim of a false accusation once before when I was in my twenties, and if the Mia one was March Hare time—get this: I’m twenty-five. I’m working as a comedian. Suddenly, I get a call from my manager that a woman is suing me. She claims I’m Ferdinand Goglia. Who, you ask? Ferdinand Goglia, her long-lost husband. Suddenly, I’m being served papers by Mrs. Goglia. She saw me on TV, my manager says, and claims I’m her husband who abandoned her. You must be kidding, I reply, while cumulonimbus clouds gather just above my head. No, says my manager, she says Ferdinand, a garage mechanic, always made the same jokes as you did when she saw you on TV and he has ducked out on her and you’re him with the same glasses and you owe her a bundle of back alimony. (I told you this was nuts. I’m Ferdinand Goglia?) Meanwhile, as the screwball suit is for real, the flag over at Becker and London, my attorney’s firm, gets thrown and my salary starts ticking away. I have to go to court to defend myself. Believe it or not, I have to prove I’m not Ferdinand Goglia and that I was never married to Annabel Goglia. It seems outlandish. I can tell my lawyer is wondering if it’s possible the woman is telling the truth. Could I have been married to her under a different name and did I skip out? my lawyer asks Jack Rollins. My manager calms my lawyer down, assuring him I am not the lammister spouse here accused, but even he is operating on faith. For all Jack Rollins really knows of my past life, I could be a deceptive deadbeat. So what saved me after months and much precious specie doled out to my legal beagles? Only that the woman was truly loony tunes, and when I showed up in court (trying not to dress in anything like I imagined Ferdinand Goglia would wear), she failed to show. We came with all the evidence we could muster, and it was finally deemed by the court I was not Annabel’s ex, who was much older than me and who fled her and no wonder. She was batty, and thank God she never resurfaced.

Дэвид Линч завел канал на youtube и выложил туда… прогноз погоды в собственном исполнении 🙂

Weather Report 5/11/20

Самое странное в этом ролике — кнопочный телефон в сейфе 🙂



А Дэвид Духовны снова взялся за перо 🙂 Его новая, уже четвертая по счету книга под названием «Truly Light Lightning» выйдет в феврале следующего года! Вот официальный анонс:

For the past twenty years, Bronson Powers, former Hollywood stuntman and converted Mormon, has been homesteading deep in the uninhabited desert outside Joshua Tree with his three wives and ten children. Bronson and his wives, Yalulah, Mary, and Jackie, have been raising their family away from the corruption and evil of the modern world. Their insular existence―controversial, difficult, but Edenic―is upended when the ambitious young developer Maya Abbadessa stumbles upon their land. Hoping to make a profit, she crafts a wager with the family that sets in motion a deadly chain of events.

Maya, threatening to report the family to social services, convinces them to enter three of their children into a nearby public school. Bronson and his wives agree that if Maya can prove that the kids do better in town than in their desert oasis, they will sell her a chunk of their priceless plot of land. Suddenly confronted with all the complications of the twenty-first century that they tried to keep out of their lives, the Powerses must reckon with their lifestyle as they try to save it.

Truly Like Lightning, David Duchovny’s fourth novel, is a heartbreaking meditation on family.

Что ж, очень радует, что Дэвид в каком-то смысле нашел свое очередное призвание 🙂

Сегодня ушел из жизни Литл Ричард. Имя более чем известное, при этом я никогда не представлял себе, как он выглядит )

Фото: Википедия

Из Википедии можно почерпнуть массу интересных деталей, дополняющих сухое определение «одного из пионеров рок-н-ролла».

Родился в многодетной семье в штате Джорджия. В детстве регулярно посещал церковь и поэтому был хорошо знаком с духовной музыкой. В самом начале пятидесятых записал несколько синглов в стилях буги-вуги, ритм-энд-блюз и госпел. Вот, например, дебютный сингл.

LITTLE RICHARD — Taxi Blues / Every Hour — RCA 4392 — 1951

Поворотным моментом в его карьере стал 1955 год, когда Литл Ричард заключил контракт с лейблом Specialty Records.

Первые записи для лейбла начались в студии в Новом Орлеане в сентябре 1955 года с продюсером Робертом «Бампсом» Блэкуэллом и группой сопровождения Фэтса Домино. По воспоминаниям Бампса, сессия проходила бледновато; всё, за что он мог зацепиться — песенка «I’m Just a Lonely Guy». Во время перерыва на обед в гостинице «Капля росы» Ричард приметил стоящее на сцене пианино, ударил по клавишам и завопил: «А-уап-бап-а-лумопэ-гуд-годдэм, тутти-фрути, гуд-бути!». Эту песню, «Tutti Frutti», Ричард к тому времени уже исполнял на своих концертах. Характерный текст Литла Ричарда, полный жаргона, который певец подцепил где-то на Юге, и для непривычного слушателя не имеющий никакого смысла, был в срочном порядке подправлен в студии Дороти Лабостри, которая убрала региональный жаргон и непристойные мотивы. Получив текст за пятнадцать минут до окончания сессии, Ричард и Бампс осуществили запись (несмотря на то, что голос Ричарда был уже порядком перегружен).

Little Richard — Tutti Frutti (1956)

Примерно так и появился на свет рок-н-ролл 🙂 Остальное — уже история 🙂

Добавлю лишь пару-тройку хрестоматичных (но оттого не менее ярких) вещей, хорошо знакомых мне по ранним битловским альбомам и бутлегам.

Little Richard — Lucille (1957) [Long Version, High Quality Sound]

Как здорово, что благодаря ютубу теперь можно увидеть, как все это было )

Little Richard — Long Tall Sally — 1956

Литл Ричард оказал огромное влияние на всё последующее развитие музыки и на целые поколения музыкантов — от Джеймса Брауна и Отиса Реддинга до Боба Дилана, Пола Маккартни и Джорджа Харрисона, Мика Джаггера и Кита Ричардса — список можно продолжать бесконечно! Элтон Джон в своей автобиографии писал: «When I saw Little Richard standing on top of the piano, all lights, sequins and energy, I decided there and then that I was going to be a rock ‘n’ roll piano player!». А Дэвид Боуи, услышав «Tutti Frutti», просто сказал: «I heard God».

Поэтому не будет преувеличением сказать, что Литл Ричард по-настоящему повлиял на жизнь каждого из нас. Ну, по крайней мере, музыка без него была бы другой, это точно.

The Beatles — Kansas City



Ровно год назад где-то среди многочисленных съемочных павильонов фабрики грез… )

Автор легендарного четырехчасового видео, раскрывающего все тайны сериала «Твин Пикс», выпустил коротенькое полуторачасовое дополнение 🙂 В нем раскрываются некоторое второстепенные персонажи, но главное — вся схема еще раз накладывается на весь сериал и отдельно — на его пилотный эпизод (оказывается, существует немного удлиненная версия пилотного эпизода, которая была снята на случай, если этим все и закончится — и она представляет собой полностью законченную реализацию основной идеи всего сериала!).

Twin Peaks Actually Explained: EVEN MORE Evidence

Я посмотрел это залпом и испытал редкое удовольствие — ведь в жизни почему-то осталось так мало вещей, которые по-настоящему заставляют мозг работать 🙂 И гораздо больше — тех, которые лишь создают видимость этого — например, ютуб в целом, который скорее отупляет и ограничивает кругозор при всей его кажущейся свободе и всеохватности (причем, чтобы это понять, даже не нужно заходить в топ), ну, или программы на радио «Эхо Москвы» 🙂 В общем, это хорошая идея для нового сериала, кто бы его ни снял — ну, «Хаксли победил Оруэлла» и все такое 🙂

Но вернемся к «Твин Пикс» и к этому потрясающему разбору! (Чтобы дождаться которого, конечно же, стоило ждать все эти тридцать лет! :)).

Масса интересных деталей. Например, Линч был раздосадован тем, что за два сезона никто так и не понял его идею (что, прямо скажем, неудивительно), и в самом начале девяностых, когда сериал повторяли на одном из кабельных каналов, Линч решил, что это его последний шанс, и скрепя сердце включил в начало каждой серии подводку от нового персонажа, Дамы с поленом, которая «прямым текстом» (насколько это возможно у Линча :))) объясняла все, что, собственно, происходит! Но, видимо, снова никто ничего не понял 🙂

И каково это вообще — делать что-то и знать заранее, что мало кто сможет понять это 🙂

Отдельно чуть более подробно, чем в прошлом видео, разбирается финал третьего сезона и сама суть третьего сезона — и снова, теперь с новой порцией печали, понимаешь, что четвертого сезона, несмотря на некоторые слухи о нем, точно не будет…

В общем, я получил какое-то неземное удовольствие от всего этого и в очередной раз осознал то, насколько Дэвид Линч — гений. Которому в общем почти все равно, сможет ли кто-то когда-либо понять его замысел, но замысел от этого ничуть не становится хуже. Потрясающе.

Невероятно, но факт: все рассказы, пьесы и сценарии Вуди Аллена, написанные за последние семьдесят лет, были напечатаны на одной и той же машинке, которую Вуди приобрел в самом начале пятидесятых! 🙂

Машинка до сих пор в прекрасном состоянии (недаром когда Вуди покупал ее, продавец заметил: «Да она еще Вас переживет»), и посмотреть на нее можно вот в этом коротком ролике.

Милейшая деталь: когда собеседник Вуди спрашивает: «Вот вы не пользуетесь текстовыми процессорами. А что делать, если нужно вырезать и вставить текст?». И Вуди не моргнув глазом достает… ножницы и несколько степлеров 🙂

Woody Allen & his Typewriter

Ну, и невероятно экспрессивный фрагмент, который вдохновил меня на это небольшое исследование:

At sixteen I treated myself to a new typewriter, an Olympia portable. I’ve typed everything I’ve ever written on it, my scripts, plays, stories, casuals (that’s what those funny pieces in the «New Yorker» are called.) To this day I can’t change the ribbon. My wife does it for me, but for years when I was single I had an acquaintance whom I invited over for dinner anytime my ribbon needed changing. After dinner I’d casually bring up the subject of typewriters and how exciting they are and suggest how much fun it might be to change the ribbon on mine. We’d retire to the study and I’d put on some music. I remember his favorite for changing was the Khachatiurian Sabre Dance. The intensity of the piece excited him as I’d slip him a fresh ribbon and say, Let’s see if you still have your old touch. Taking the challenge, he’d change my ribbon in a mad fury, finishing with a flourish and a grand bow while I feigned amazement at his manual dexterity. After that, he was all perspiration and heavy breathing, but at least I could go on pounding out my sublime monkeyshines till the letters on the page would once again grow faint and I’d have to have him back for meatloaf.



Заглянув в вездесущие новости, зачем-то узнал, что с эфира сняли очередной выпуск программы «Бесогон ТВ». Решил (в первый раз в жизни) посмотреть, что это такое.

Снятый с эфира выпуск БесогонTV «У кого в кармане государство?»

И хватило буквально первых семи секунд, чтобы понять все! Просто волосы стынут в жилах)



Ну как же это ПРЕКРАСНО!!!




Не теряет актуальности, увы.

Подношение Интересному Времени. Песня 25. Странный Вопрос.

И еще один невероятно трогательный, хотя и мрачный фрагмент — о пользе мнолетнего психоанализа (и ее отсутствии):

I was still knocking out one-liners with David O. Alber to furnish gags for the tabloids. If I could be a writer for Bob Hope, that would do it. But living in the future I would be a playwright and oddly not like George S. Kaufman, my idol from days past, but like Eugene O’Neill or Tennessee Williams. Of course right now I was failing out of summer school and I was called before a panel of deans. A panel of deans is not like an exaltation of larks. It’s more like a bevy of ghouls. It’s a humorless quartet who are there to tell you you’re out. I listened politely as they indicted me on several counts from being a no-show to failing everything. They asked me my goal in life. I said, to forge in the smithy of my soul the unmated conscience of my race and see if it could be mass-produced in plastic. They looked at one another and suggested I see a psychiatrist. I said I worked professionally and got along well with everyone and why would I need a psychiatrist? They explained that I was in the world of show business where everybody’s crazy. I didn’t think a shrink was the worst idea, since despite all my creative interests and promising start as a comedy writer along with all of the love I was shown growing up, I still experienced some moderate feelings of anxiety—like when you’re buried alive. I was not happy; I was gloomy, fearful, angry, and don’t ask me why. Maybe it was in my bloodstream or maybe it was a mental state that set in where I realized the Fred Astaire movies were not documentaries.

I started seeing a highly recommended psychiatrist named Peter Blos once a week shortly after my expulsion, and although he was a terrific guy, it didn’t do me much good. He eventually suggested I see a psychoanalyst four times a week, where I lay on a couch and was encouraged to say everything that came to mind, including describing my dreams. I did that for eight years and cleverly managed to avoid any progress. I finally outlasted him and he came in one day waving a white flag. I saw three more shrinks in my life. First was a very fine man named Lou Linn, whom I saw twice a week in a face-to-face situation. He was quite brilliant, but I easily outfoxed him and remained safely uncured. Then I saw a very bright lady for maybe fifteen years. That was more therapeutic and helped me over some of life’s tribulations, but no real changes for the better in my personality occurred. Finally a highly recommended doctor who has tried face-to-face therapy with me, couch psychoanalysis for a period, and back to face-to-face therapy, and I’m still able to fend off any meaningful progress.

So I’ve had many years of treatment and my conclusion is, yes, it has helped me, but not as much as I’d hoped and not in the way I’d imagined. I made zero progress on the deep issues; fears and conflicts and weaknesses I had at seventeen and twenty, I still have. The few areas where the problems are not so embedded, where one needs a little help, a push, maybe I got some relief. (I can go to a Turkish bath without having to buy out the room.) For me the value was having a person to be around to share my suffering with; hitting with the pro in tennis. Also for me a big plus was the delusion I was helping myself. In the blackest times it’s nice to feel you’re not just lying dormant, a passive slug being pelted by the irrational lunacy of the universe, or even by tsuris of your own making. It’s important to believe you’re doing something about it. The world and the people in it may have their boots on your throat, stomping the very life out of you, but you’re going to change all of that, you’re taking heroic action. You’re free-associating. You’re remembering those dreams. Maybe writing them down. At least once a week you’re going to discuss this with a trained expert, and together you will understand the awful emotions causing you to be sad, frightened, raging, despairing, and suicidal. The fact that solving these problems is illusory and you will always remain the same tormented wretch, unable to ask the baker for sehnecken because the word embarrasses you, doesn’t matter. The illusion you’re doing something to help yourself helps you. You somehow feel a little better, a little less despondent. You pin your hopes on a Godot who never comes, but the thought he might show up with answers helps you get through the enveloping nightmare. Like religion, where the illusion gets one through. And being in the arts, I envy those people who derive solace from the belief that the work they created will live on and be much discussed and somehow, like the Catholic with his afterlife, so the artist’s «legacy» will make him immortal. The catch here is that all the people discussing the legacy and how great the artist’s work is are alive and are ordering pastrami, and the artist is somewhere in an urn or underground in Queens. All the people standing over Shakespeare’s grave and singing his praises means a big goose egg to the Bard, and a day will come—a far-off day, but be sure it definitely is coming—when all Shakespeare’s plays, for all their brilliant plots and hoity-toity iambic pentameter, and every dot of Seurat’s will be gone along with each atom in the universe. In fact, the universe will be gone and there will be no place to have your hat blocked. After all, we are an accident of physics. And an awkward accident at that. Not the product of intelligent design but, if anything, the work of a crass bungler.



Чудесный образец )


В детстве меня невероятно привлекали разнообразные закадровые секреты телевизионных программ (да и сейчас отчасти тоже — наверное, с точки зрения современного психоанализа это что-то означает). И буквально на днях довольно случайно увидел в инстаграме «Что? Где? Когда?» почти часовой ролик с невероятным количеством интересного бэкстейджа и не мог оторваться 🙂

После просмотра этого ролика для меня, наконец, сложились в единое целое все компоненты программы с точки зрения того, кто и как это делает.

Что здесь интересного: ПТС (передвижная телевизионная станция) и работа режиссера во время эфира изнутри; комната звукорежиссеров и их нечеловеческий труд во время минуты обсуждения и странный бонус — команда Виктора Сиднева, которая перед игрой «разогревается» песней о том, как на поле танки грохотали — зрелище во всех отношениях сюрреалистическое 🙂