Принялся за Познера, и он заставляет задуматься…

В последние годы я много думаю о том, каков он, русский народ. От многих я слышал, будто русские имеют немало общего с американцами — что совершенно не так. Да и откуда у них может быть что-то общее, когда их исторический опыт столь различен? Назовите мне хоть один европейский народ, который в большинстве своем оставался в рабстве до второй половины девятнадцатого века. Покажите мне народ, который почти три века находился под гнетом гораздо более отсталого завоевателя. Если уж сравнивать, то, пожалуй, наиболее похожи друг на друга русские и ирландцы — и по настроению, и по любви к алкоголю и дракам, и по литературному таланту. Но есть принципиальное различие: ирландцы любят себя, вы никогда не услышите от них высказывания вроде «как хорошо, что здесь почти нет ирландцев!».

Два или три года тому назад мне повезло попасть на выставку «Святая Русь». Оставляю в стороне само название, которое могло бы послужить поводом для довольно горячей дискуссии. Поразили меня новгородские иконы, писанные до татарского нашествия: я вдруг отчетливо понял, что они, эти иконы, эта живопись ни в чем не уступают великому Джотто, что Россия тогда была «беременна» Возрождением, но роды прервали татаро-монголы. Кто-нибудь попытался представить себе, какой была бы Россия, не случись этого нашестия и двухсот пятидесяти лет ига? Если бы Русь, развивавшаяся в ногу с Европой, выдававшая своих княжон замуж за французских королей, не была отрезана на три долгих века от европейской цивилизации?

Что было бы, если бы Москва Ивана III проиграла новгородскому вече? Что было бы, если бы Русь приняла не православие, а католицизм? Что было бы, если бы русское государство не заковало собственный народ в кандалы крепостничества? Что было бы, если бы всего лишь через пятьдесят с небольшим лет после отмены крепостного рабства не установилось рабство советское? Много вопросов, на которые нет ответов, а есть лишь мало чего стоящие догадки… Я отдаю себе отчет в том, что не принадлежу русскому народу. Да, временами я мечтал о дне, когда смогу с гордостью сказать: «Я — русский!» Это было в Америке, когда Красная Армия громила Гитлера, это было потом, когда мы приехали в Берлин, это было, когда я получил настоящий советский паспорт, при заполнении которого мне следовало указать национальность — по маме (француз) или по папе (русский), и я, ни секунды не сомневаясь, выбрал «русский», это было и тогда, когда исполнилось мое заветное желание и мы наконец-то приехали в Москву. Но постепенно, с годами, я стал понимать, что заблуждался. И дело не в том, что многие и многие намекали — мол, с фамилией Познер русским быть нельзя, и это было крайне неприятно, даже унизительно. Просто я ощущал, что по сути своей я — не русский. А что это значит конкретно? Ответить почти невозможно, потому что почти невозможно дать точное определение «русскости». В одной из моих телепередач Никита Михалков сказал, что русским может быть только тот, у кого чего-то нет, но нет не так, чтобы оно обязательно было, а так, что и хрен с ним. Допускаю… Но этот характер, склонный к взлетам восторга и депрессивным падениям, эта сентиментальность в сочетании с жестокостью, это терпение, граничащее с безразличием, это поразительное стремление разрушать и созидать в масштабах совершенно немыслимых, это желание поразить и обрадовать всех криком «угощаю!» — при том, что не останется ни рубля на завтра и не на что будет купить хлеб для собственной семьи, эта звероватость вместе с нежностью, эта любовь гулять, будто в последний раз в жизни, но и жить столь скучно и серо, словно жизнь не закончится никогда, эта покорность судьбе и бесшабашность перед обстоятельствами, это чинопочитание и одновременно высокомерие по отношению к нижестоящим, этот комплекс неполноценности и убежденность в своем превосходстве, — все это не мое. Когда я еще был мальчиком, тетя Лёля читала мне переведенные на английский русские сказки, и я не мог понять, как герой не то что тридцать лет, а вообще мог сидеть на печке, да потом еще одним махом семерых побивахом, как могло быть так, что Иван-дурак — всех умней, почему достаточно поймать золотую рыбку, чтобы исполнились три любых желания, но они не исполнялись никогда, ибо жадность фраера сгубила…

Нет, при всей моей любви к Пушкину и Гоголю, при всем моем восхищении Достоевским и Толстым, при том, что Ахматова, Цветаева, Блок и Булгаков давно стали частью моей жизни, я осознаю: я — не русский.

Прочел это и подумал: а сам-то я русский? При том, что с годами этот вирус, кажется, проникает в меня все глубже (а может ли быть иначе в тотально зараженной среде?), все-таки остаются вещи, понимать и принимать которые я напрочь отказываюсь.

Например, тотальную нелюбовь к каким бы то ни было законам. Например, хамское отношение к друг другу, а особенно и почти всегда — к тем, кто ниже тебя на той или иной лестнице. Например, надежды на царя-батюшку.

Да и угощать последним рублем я, пожалуй, не стану 🙂

Значит, еще есть надежда?… :))

Понравился или оказался полезным этот пост?


Подпишитесь на обновления блога по RSS или читайте его в своей френдленте ЖЖ

Читайте также


4 комментария на запись “Познер о русском народе”

  1. UnKnOwn пишет:

    О, только недавно прочитал эту книжку. Очень здорово и местами захватывающе.
    А вот вопрос «русскости» у меня тоже периодически возникает, и я пока что придерживаюсь мысли, что не стоит отождествлять весь народ с теми признаками, что ты описал. Тут всё очень зависит от воспитания, которое передали родители, и далее по цепочке. А здесь, надо признать, в советское время было приложено много усилий для ликвидации интеллигентных, умных и работящих людей. Иными словами, законопослушность и порядочность методично выкашивали многие годы и десятилетия. Слава богу, выкосили не всех. На то и надежда. Возможно, это тоже моя иллюзия, с которой я когда-нибудь попрощаюсь 🙂

  2. admin пишет:

    Конечно, люди есть разные, и не вписывающиеся в шаблоны, и подчас совсем удивительные.

    Но мы живем в обществе, и чтобы что-то испортить, достаточно даже не большинства людей, а какой-то десятой части, которая принимает решения 🙂

    При этом умные, интеллигентные и работящие люди останутся, но все равно будут частью системы, которая в целом будет производить довольно удручающее впечатление…

  3. UnKnOwn пишет:

    А ты знаешь, вовсе не факт. Периодически у меня бывает ощущение, что не всё потеряно, когда я вижу много адекватных людей в одном месте. Наверно, это просто подсознательное чувство такое. Последний раз такое было на митингах. И вот сегодня просветление было, когда читал про толпы, желающие проголосовать на выборах в КС.

  4. admin пишет:

    И много таких мест? :)) У меня тоже бывает такое ощущение, но довольно редко.

Оставить комментарий

Вы можете использовать теги <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>